Субъективное благополучие россиян: предпенсионный возраст как фактор риска

Субъективное благополучие россиян:
предпенсионный возраст как фактор риска


Мануильская К. М.

кандидат социологических наук, старший научный сотрудник, Центр полевых исследований Института социального анализа и прогнозирования Российской академии народного хозяйства и государственной службы, Москва, Россия. manuilskaya@ranepa.ru

Солодовникова О. Б.

кандидат филологических наук, старший научный сотрудник, Центр полевых исследований Института социального анализа и прогнозирования Российской академии народного хозяйства и государственной службы, Москва, Россия. olgaogonek@gmail.com

Малькова Е. Е.

младший научный сотрудник, Центр полевых исследований Института социального анализа и прогнозирования Российской академии народного хозяйства и государственной службы, Москва, Россия. malkova-ee@ranepa.ru

DOI: 10.31857/S013216250020850-8
ID статьи на сайте журнала:


Статья подготовлена в рамках выполнения научно-исследовательской работы государственного задания РАНХиГС.


Ссылка при цитировании:

Мануильская К. М., Солодовникова О. Б., Малькова Е. Е. Субъективное благополучие россиян: предпенсионный возраст как фактор риска // Социологические исследования. 2023. № 2. С. 104-114.
DOI 10.31857/S013216250020850-8



Аннотация

Рассматриваются особенности субъективного благополучия россиян в предпенсионном возрасте. Результаты общероссийского телефонного опроса, проведенного ИНСАП РАНХиГС в 2021 г., позволяют назвать людей предпенсионного возраста самой уязвимой категорией граждан, хотя традиционно в рамках управленческой вертикали они воспринимались как беспроблемная группа, с устойчивым запросом на стабильность, предсказуемым поведением и сформированными установками. На вопрос «Как в целом вы оцениваете свою сегодняшнюю жизнь – как хорошую, скорее хорошую, скорее плохую или плохую?» лица предпенсионного и раннего пенсионного возраста чаще других респондентов склонны отвечать «плохая» или «скорее плохая» (42% опрошенных при 28% в среднем по выборке). В статье предпринята попытка выявить причины этого феномена, обозначить основные факторы, влияющие на субъективное благополучие в «третьем возрасте». Авторы приходят к выводу, что трансформация социального статуса, прежде всего прекращение трудовой деятельности, изменения в составе семьи (уход детей из родительского дома), сокращение семейных сетей поддержки, ухудшение физического самочувствия – основные предпосылки к изменениям в ощущении субъективного благополучия. Как следствие, происходит ухудшение эмоционального состояния и ожиданий от будущего, формируется общий тревожный фон, который может привести к социальной эксклюзии.


Ключевые слова
субъективное благополучие; третий возраст; пенсионная реформа; удовлетворенность жизнью; стареющие взрослые; уязвимый возраст


Список литературы

Гимпельсон В.Е., Капелюшников Р.И., Вишневская Н.Т. Российский рынок труда через призму демографии. М.: НИУ ВШЭ, 2020. С. 145–204. [Gimpelson V.E., Kapelyushnikov R.I., Vishnevskaya N.T. (2020) Russian labor market through the prism of demography. Moscow: NIU VHSE: 145–204. (In Russ.)]. DOI: 10.17323/978-5-7598-2167-0.

Колпина Л.В., Бояринова И.В., Вангородская С.А. Некоторые аспекты субъективной детерминации здоровья представителей старших возрастных групп // Nomothetika: Философия. Социология. Право. 2020. Т. 45. № 4. С. 644–654. [Kolpina L.V., Boyarinova I.V., Vangorodskaya S.A. (2020) Some aspects of the subjective determination of the health of representatives of older age groups. Nomothetika: Filosofiya. Sociologiya. Pravo [Nomothetika: Philosophy. Sociology. Right]. Vol. 45. No. 4: 644–654. (In Russ.)]. DOI: 10.18413/2712-746X-2020-45-4-644-654.

Мануильская К.М. Самоопределение и самовосприятие людей старшего возраста: результаты фокус-групповых дискуссий // Общественные науки и современность. 2020. № 5. С. 155–164. [Manuilskaya K.M. (2020) Self-determination and self-perception of older people: the results of focus group discussions. Obshchestvennye nauki i sovremennost’ [Social Sciences and Modernity]. No. 5: 155–164. (In Russ.)]. DOI: 10.31857/S086904990012329-3.

Bai X. (2019) Hong Kong Chinese aging adults voice financial care expectations in changing family and sociocultural contexts: implications for policy and services. Journal of Aging and Social Policy. Vol. 31: 415–444.

Blanchflower D.G., Oswald A.J. (2008) Is well-being U-shaped over the life cycle? Social Science and Medicine. Vol. 66(8): 1733–1749.

Bussière С., Sirven N., Tessier P. (2021) Does ageing alter the contribution of health to subjective wellbeing? Social Science & Medicine. Vol. 268: 113456.

Carstensen L.L., Turan B., Scheibe S., Ram N., Ersner-Hershfield H., Samanez-Larkin G.R. et al. (2011) Emotional experience improves with age: Evidence based on over 10 years of experience sampling. Psychology and Aging. Vol. 26(1): 21–33.

Frijters P., Beatton T. (2012) The mystery of the U-shaped relationship between happiness and age. Journal of Economic Behavior & Organization. Vol. 82(2): 525–542.

Grant M.S., Back A.L., Dettmar N.S. (2021) Public Perceptions of Advance Care Planning, Palliative Care, and Hospice: A Scoping Review. Journal of Palliative Medicine. Vol. 24: 46–52.

Hajek A., König H.-H. (2021) Does the beginning and the end of income poverty affect psychosocial factors among middle-aged and older adults? Findings based on nationally representative longitudinal data. Aging & Mental Health. Vol. 25. Iss. 5: 906–912. DOI: 10.1080/13607863.2020.1725740.

Heid A., Cartwright F., Wilson-Genderson M., Pruchno R. (2021) Challenges Experienced by Older People During the Initial Months of the COVID-19 Pandemic. Gerontologist. Vol. 61: 48–58.

Kahneman D., Deaton A. (2010) High income improves evaluation of life but not emotional well-being. Proceedings of the National Academy of Sciences of the United States of America. Vol. 107(38): 16489–16493.

Moreno-Agostino D., de la Fuente J., Leonardi M. et al. (2021) Mediators of the socioeconomic status and life satisfaction relationship in older adults: a multi-country structural equation modeling approach. Aging & Mental Health. Vol. 25. Iss. 3: 585–592. DOI: 10.1080/13607863.2019.1698513.

Moreno-Agostino D., de la Torre-Luque A., de la Fuente J. et al. (2021) Determinants of Subjective Wellbeing Trajectories in Older Adults: A Growth Mixture Modeling Approach. Journal of Happiness Studies. Vol. 22: 709–726.

Ouchida K.M., Lachs M.S. (2015) Not for doctors only: Ageism in healthcare. Generations. Vol. 39(3): 46–57.

Steptoe A., Deaton A., Stone A.A. (2015) Subjective wellbeing, health, and ageing. Lancet. Vol. 385(9968): 640–648. DOI: 2443/10.1016/S0140-6736(13)61489-0.

Varlamova M., Sinyavskaya O. (2021) Active Ageing Index in Russia – Identifying Determinants for Inequality. Journal of Population Ageing. Vol. 14: 69–90.

Weber J., Angerer P., Muller A. (2019) Individual consequences of age stereotypes on older workers: a systematic review. Zeitschrift für Gerontologie und Geriatrie. No. 52: 188–205.

Содержание номера № 2, 2023